![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
strangernnКрасиво. Во-первых, это красиво - первый полет самого большого самолета с поршневыми двигателями Bristol Type 167 Brabazon. 130 тонн взлетного веса поднимали в воздух восемь моторов Bristol Centaurs по 2500/2650 л.с. каждый, спрятанные в крылья. Машина была запредельной для второй половины сороковых по всем параметрам, и это стало ее ахиллесовой пятой. Переразмеренный фюзеляж, в котором каждому из 150 пассажиров первого класса (другого не было) отводилось по 8 м³ герметичного салона (в варианте со спальными местами помещалось всего 80 человек, и там было еще просторнее). А еще в фюзеляж диаметром 7,6 метра ухитрились встроить салон-кинозал на 37 мест и бар с некоторым количеством столиков. Что? Нет, бассейна не было, не сообразили.
Конечно, вся эта запредельщина вышла катастрофически ненадежной, вплоть до трещин в перегруженных винтах. Да и стоимость эксплуатации вышла запредельной. В общем, рывок выше головы увенчался частичным успехом: рекорд поставили, но коммерческая эксплуатация оказалась невозможной. Даже переделка в общий класс с увеличением пассажировместимости до 189 человек не помогла - самолет был слишком велик, все равно по 6 м³ выходило. В общем, в 1953 году гиганта разобрали.
Конечно, вся эта запредельщина вышла катастрофически ненадежной, вплоть до трещин в перегруженных винтах. Да и стоимость эксплуатации вышла запредельной. В общем, рывок выше головы увенчался частичным успехом: рекорд поставили, но коммерческая эксплуатация оказалась невозможной. Даже переделка в общий класс с увеличением пассажировместимости до 189 человек не помогла - самолет был слишком велик, все равно по 6 м³ выходило. В общем, в 1953 году гиганта разобрали.
no subject
Date: 2018-10-10 01:56 pm (UTC)